Венчурная филантропия в России: правда или вызов?

Одно из направлений деятельности Центра содействия инновациям в обществе «СОЛь» — развитие рынка венчурной филантропии в России. О том, что это и как работает, рассказывает Андрей Андрусов — преподаватель, заместитель исполнительного директора СОЛь и руководитель международной некоммерческой организации в области здравоохранения Wapo.org.

Венчурная филантропия родилась как дитя венчурного бизнеса (рискованных инвестиций на стыке науки и технологии) и филантропии (шире — благотворительности). Более чем за 70 лет развития отрасли «рискованные» инвестиции в США и Европе перестали нести негативную оценку, понемногу перейдя в категорию инновационных вложений.

В России венчурная филантропия находится на стадии становления, тем не менее, первые шаги в этом направлении уже сделаны. С 2016 года Центр СОЛь является членом Европейской ассоциации венчурной филантропии European Venture Philanthropy Association, EVPA, став первым участником от нашей страны. Кроме того, исполнительный директор СОЛи Жюльнар Асфари — представитель EVPA в постсоветском пространстве.

Рыбаков Фонд — второй от России — присоединился к ассоциации в 2017 году; всего в EVPA представлены 30 стран. Ассоциация ежегодно проводит конференции, в ходе которых обсуждается текущее положение в отрасли, люди обмениваются опытом и ищут пути решения социальных вызовов, которые в той или иной степени одинаковы для всех стран (последняя состоялась в конце ноября 2018 года в Варшаве). А одним из мероприятий встречи стала секция «Удачные примеры венчурной филантропии в странах бывшего СССР», организованная СОЛью. В ней приняли участие представители России, Белоруссии, Армении, Грузии и Украины.
Кроме того, на стартап-шоу Get In the Ring в рамках конференции EVPA представил свой проект Smart Course Тимур Жаббаров.

И что в итоге? Возможно, вы удивитесь, но по всем меркам Россия в части взаимодействия социальных предпринимателей и филантропов находится на первом месте в Восточной Европе (несмотря на то, что история благотворительности у нас гораздо короче). В нашей стране просто больше предпринимателей в количественном исчислении. А вот проблемы у социальных предпринимателей и филантропов в Европе одинаковые для всех стран. Одна из них — многие не знают, как измерять социальное воздействие (Impact Management) своей деятельности.

Кто-то пользуется давно накопленным опытом, кто-то перенимает чужие методики. Многие знают о Social Reporting Standard (Стандарте социальной отчетности) — кстати, СОЛь подготовила перевод этого документа на русский язык, скачать его можно по ссылке.

С тем, что социальную отчетность стоит измерять — согласны все. Если проект не умеет оценивать результаты своей деятельности, в том числе и социальной эффективности, то как он докажет свою социальную эффективность инвестору?

В России работают несколько фондов (например, «Наше будущее», «Навстречу переменам»), которые дают инвестиции только тем предприятиям, которые готовы оценивать свои проекты с учетом социального воздействия. Кстати, культура оценки социальных эффектов существовала еще в Советском Союзе при плановой экономике, что еще раз подчеркивает мысль, что новое — это обычно хорошо забытое старое.

Более того, в конце 2018 года состоялось заседание фонда Президентских грантов, на котором упоминалось, что в ближайшем будущем оценку социального воздействия хотят сделать обязательной, сначала — для получателей крупных грантов, в дальнейшем — и для широкого круга соискателей. Цель здесь — не ввести еще один элемент контроля, а научить людей терминам, чтобы они привыкли к тому, что социальный эффект должен быть измерим. Потому что часто в поисках денег соискатели говорят: «Дайте денег, мы творим добро!», не отвечая при этом на вопрос: «Какое добро конкретно?» или «Сколько добра?». Без этого сложно принимать решение о выдаче гранта.

Вернемся к насущным задачам. Как венчурная филантропия может помогать предпринимателям? Ответ есть. Одна из целей Центра СОЛь — развитие рынка венчурной филантропии: нам интересно стать точкой входа для поиска перспективных инвестиций. Эту проблему решает ежегодный Конкурс СОЛь, который стартует 1 марта. Кроме прочего он существует для повышения инвестиционной привлекательности российских социальных проектов: у участников конкурса есть возможность доработки своего инвестиционного предложения на каждом этапе конкурса и общения с импакт-инвесторами в финале.

В 2019 году Конкурс СОЛь состоится в третий раз, в 2017-м в нем участвовало 65 человек, в 2018 — 120, и в этом году, мы уверены, число соискателей обязательно вырастет. Мы будем всех знакомить со всеми: само участие в конкурсе — это выход в сообщество людей, заинтересованных в инвестициях в социальную сферу.

Чем еще полезно общение в формате EVPA? Сложилось четкое понимание, что, несмотря ни на какие внешние обстоятельства, Россия продолжает оставаться интересной для зарубежных инвесторов. Когда они видят качество проектов из России, в том числе, участвующих в Конкурсе СОЛь, то очень высоко их оценивают (учитывая и инновационность проектов). Технологически в некоторых вопросах мы действительно находимся даже впереди европейского опыта, включая волонтерские программы, блокчейн-технологии и так далее. Некоторым образом, Европа остается в заложниках у старых технологий, а у нас «старого» опыта не было, поэтому мы с удовольствием создаем новый продукт с нуля и в некоторых вещах попадаем вперед.

Вот пример: согласно докладу Measuring Innovation in Education 2019, подготовленному Организацией международного сотрудничества и развития (OECD), индекс инновационности России в образовании составляет 36 баллов — при среднем показателе в 30 баллов и более низком для таких стран, как США, Великобритания и Сингапур.

В заключение стоит отметить, что очень часто инвесторы за рубежом просто не знают о существовании инвест-рынка России; о том, какой он, что в России возможны интересные проекты. Западная пресса часто освещает ситуацию в нашей стране однобоко. И когда мы привозим в Европу интересные проекты, люди очень удивляются: откуда они в «тоталитарном» государстве?

Сотрудничество с EVPA — это возможность сделать хороший пиар России, рассказать, что у нас все очень круто, просто многие об этом не знают.

И это начинает привлекать внимание инвесторов, несмотря на негативный фон. По мнению Винсента Фарбера (Trafigura Foundation), который участвовал в работе секции СОЛь во время конференции EVPA, инвестиции в Россию могут быть комфортными и выгодными — а на общий информационный фон влияют мифы, не всегда отражающие объективную обстановку. Есть страны Восточной Европы, где инвестиционный климат намного хуже — так что мы позитивно смотрим на развитие рынка венчурной филантропии в России и сделаем все возможное для того, чтобы оно не замедлилось.